RC

Прошлое - родина души человека (Генрих Гейне)

Логин

Пароль или логин неверны

Введите ваш E-Mail, который вы задавали при регистрации, и мы вышлем вам новый пароль.



 При помощи аккаунта в соцсетях


Menu Menu

Темы


Воспоминания

Ефим Кнафельман


 СЛАВные девиации

в моих  ГОРШКОВских встречах

 

«Шанатовавэматука!»– так евреи приветствуют наступление Нового Года с пожеланиями его сладости и счастья. Сегодня первый день наступившего 5777 года. Три семёрки – это хороший знак для всех живущих на нашей планете.


К 50-летию гибели «М-200» вспомнил в своих «Новогодних записках из подводных и душевных глубин» о героизме подводников, погибших в Суурупской трагедии. Героем записок был и остаётся в моей памяти Владислав Александрович Колпаков. 21 ноября 2016 года исполняется уже 60 лет с того трагического дня, но по-прежнему «пепел Клааса стучит в моё сердце». Это  крылатая фраза Тиля Уленшпигеля, объединившая в себе неизбывную скорбь и боль по погибшему товарищу и другу.


Памятник матросам-подводникам лодки M200,

погибшим в 1956г. в Суурупской трагедии


Слава любил повторять фразу, которая, по его памяти, исходила от Эйнштейна, признанного авторитета, о том, что юмор и скромность создают равновесие. От него, в свой адрес, я узнал, что «лучше иметь твёрдый шанкр, чем мягкий характер». Он не скрывал своего пристрастия использовать в русском языке «непечатные» слова по прямому назначению. Напоминал по случаю выкопанную откуда-то мысль, что первый человек, бросивший ругательство вместо камня, был творцом цивилизации. Славу, не в пример другим начальникам, всегда отличало тактичное отношение к подчинённым, уважение к их личности. Другое дело, когда касалось начальства. Здесь он был непредсказуем, осложняя ситуации, невзирая на ранги. Мне импонировала его независимость, хотелось в чём-то подражать.


И я выбрал момент, желая «высунуться» из общего строя. Главком Флота адмирал Горшков по случаю вступления в должность проводил инспекцию нашему соединению. Проходил опрос выстроенных на плацу офицеров. Обычно он проходит по принципу «У матросов нет вопросов». Горшков, подходя к каждому, оценивал его внешний вид. Поравнявшись со мной, неожиданно дождался: «Можно ли носить в строю пенсне?». Адмирал пообещал ответить особо, предварительно ознакомившись с моей фамилией, которую с первого раза не расслышал.


Ответа я так за свои долгие годы далеко не безупречной службы не получил. Зато от Славы получил хороший урок на долгие годы. После смотра, отозвав в сторону, сказал: «Если Вы думаете, что то, что «изрыгнули» из своего тела, довольно упитанного, вызвало во мне смех и какое-то поразительное удивление, то Вы ошибаетесь! Только чувство скорби и недоумения. Если ещё принять во внимание Вашу невыразительную фамилию и приплюсовать к ней пятую графу, то становится очевидным, что у Вас наблюдаются дурацкие наклонности. В детстве, как-видно, использовали мастурбацию для самовыражения.»

Всё произносилось сдержано, без спешки, очень внятно и хорошо поставленным командирским голосом. С первых тактов, когда обращение приняло форму на «Вы», я понял: предстоит нелицеприятный разговор.


Что можно возразить в своё оправдание? Что-то невнятно промямлил, лучше бы промолчал... Но Колпаков, будучи истинным джентльменом, спас создавшуюся паузу, бросив мне спасательный «конец» (морской термин – не путайте!), как и положено истинному матросу. Ведь тонущим был я: «Слушай, я как-то проходил мимо твоей каюты на базе и мне показалось, что кто-то тянет смычком по «волосянке»! Так оскорбительно сказать по отношению к нежнейшему инструменту мог только тот Славка из своего тяжёлого детства.


«Не обижайся, Ефим, меня иногда заносит с терминологией, но мне действительно показалось, что кто-то старательно пытался передать своё настроение «Осенней песней» Чайковского». Он не мог ошибиться, ибо наверняка знал эту пьесу.

«Послушай, а что, если мы войдём в историю, совершив достойный поступок (он часто любил напоминать, что мужчина отличается от того, кто носит брюки, своими поступками)? Английским владею сносно (скромность не позволяла ему сказать «прекрасно»). Напишем заявку в комитет рекордов Гиннесса – это для меня не составит больших трудов. А тебя со своей скрипочкой  (именно так и сказал, как говорили еврейские мамы в Одессе, видевшие в своих сыночках будущих Ойстрахов) мы опустим на нашу предельную глубину, и там ты нам исполнишь по своему желанию, можно и «Осеннюю песню». Жаль, что мы не сможем взять комиссара из этой фирмы, чтобы он засвидетельствовал рекорд, который невозможно будет побить: еврей-подводник-скрипач на такой-то глубине при температуре в отсеке 38 гр.(на дворе ведь – лето) и влажности 90% (почти дождь) играет свою любимую пьесу! Здорово? Нравится идея?»


Слава говорил так убедительно и с таким азартом, что не поверить в эту затею с моей стороны было непростительно. Уровень его музыкальных познаний был высок... Славу очень привлекала американская культура. Тогда ещё в ходу не было  термина, который впервые обозначил Василий Аксёнов – «штатник». Если бы возникла идея создания где-нибудь на Таймс Сквер скульптуру первому советскому представителю этого нового поколения, то кандидатура Колпакова соответствовала бы по всем параметрам. Обширные познания касались не только музыки, но и литературы, киноискусства Он часто использовал в разговоре «крылатые фразы» из просмотренных фильмов. С восторгом встретил и переживал за «Судьбу солдата в Америке», напевая популярную тогда мелодию, которая была у всех на устах – «Mymelancholy Baby». Может быть, мы и выбрали тот путь в поисках «Грустного Бэби»? Слава не забыл задать провокационный вопрос о моих пристрастиях в кино и был приятно обрадован, что наши вкусы совпадают: «У стен Малапаги» с молодым Жаном Габеном, а также прошедшая недавно бельгийская «Чайки умирают в гавани» вызвали восторг и неожиданные слёзы. «Касабланка» подвела черту нашей сентиментальности, и мы вдвоём остались довольны друг другом, напевая: «IT HAD TO BE YOU». Такое и у мужчин бывает. Правда, не так часто!


К большому сожалению, прекрасная идея Славы не была осуществлена по техническим причинам: малое пространство в отсеке и высокая влажность не давали скрипичному звуку выйти на простор и донести мелодию Осени. Но в будущем, уже на другом лодочном проекте, «Поэма» Зденко Фибиха прозвучала ноктюрном в память об этом удивительном романтике не только моря. И стальной цилиндр замкнутого пространства уже не смог сдержать те звуковые волны от рыдающей скрипки, и они уносили в бесконечность нашу боль. В книгу рекордов это событие и не могло попасть в силу своей наивности, а вот в КНИГЕ ПАМЯТИ ХРАНИТСЯ И ПОНЫНЕ!

 

    P.S. Из области мистики.....

В своё время в Таллинне у моего однокашника по «дзержинке»  (служившего на печально известном эсминце «Статный», протаранившем подводную лодку «М-200» в Суурупском проливе) Юрия Гречко я по случаю приобрел в корабельном  клубе инструмент производства смоленского комбината глухонемых. Из него можно было извлекать звуки, правда, мало имеющих сходство с теми, из того далёкого и милого детства.

Но после приобретения скрипки я почувствовал ответственность за восстановление былого звука. И мне чего-то удалось добиться. Скрипка путешествовала со мной. В невыносимой тесноте корабельной каюты, если вообще можно себе представить этот настоящий саркофаг как место для лежбища, она нашла своё штатное место между клапанами, отвечающими за жизнедеятельность экипажа.


«...Мы таких на нашей улице нещадно избивали, так как уже в 12 лет знали, что и где находится у девочек между ножек. Зачем Вы поставили такую сложнейшую задачу перед командованием всего Флота? Что им, других забот не хватает? Самоубийства, пожары, тонущие корабли, а Вы со своим пенсне..! Тоже ротмистр с близорукостью нашёлся! И, наконец-то, не сомневаюсь в том, что если бы Вам посчастливилось наедине встретиться с Главкомом, то не проявили бы такую вольность: трусливые люди всегда любят показаться в толпе, чувствуя себя героями и рассчитывая на безнаказанность! Это ведь безопасно для их личной жизни!».

Более омерзительного состояния за свою сольную партию в строю офицеров я не помню.


Вторая встреча с Главкомом происходила на палубе сторожевого корабля, когда я стал невольным свидетелем его разговора с Колпаковым по телефону аварийно-спасательного буя.  «Ждите! Мы вас спасём! И самостоятельно не выходить!». Это для Славы был приказ, который привёл к гибели заложников 1 отсека.


Очередная и уже окончательная встреча с Главкомом Горшковым произошла совсем неожиданно. Но сценарий, который пишет сама жизнь, дал мне такой шанс. Наша субмарина под красивым номером «343», герой фильма «Командир счастливой Щуки», снимавшегося на Северном Флоте, после 80-суточного автономного похода с удовольствием возвращалась в свою родную базу. Но при подходе с нами разыграли спектакль, который в самом страшном сне не мог прийти! Нам сам Главком подкинул легенду, которую мы должны были «съесть», показав хороший аппетит. Условия были поставлены жёсткие и окончательные – база в результате атомного удара полностью уничтожена, и наша лодка в запасной базе должна восстановить свои силы, пройти доковый ремонт и пополнить свои запасы. Самым приятным сюрпризом было расположение этой запасной обители. Посёлок назывался Йодкранте. Это уникальное место на Куршской косе, думаю, и на всей Земле! Литовцы очень были горды, что Б-г наделил их такой жемчужиной.


Расположенные небольшие городки на косе – Нида, Йодкранте и Паланга были желанным местом отдыха тех, кто не входил в понятие «толпа». В Ниде можно было в современном зале услышать лучших музыкантов мира, насытиться без очереди шашлыком из молодой баранины и запить выдержанным французским каберне. Но самым отличительным на косе были дюны-великаны и обилие всевозможной рыбы. С одной стороны Балтийское море, а с другой – пресная вода Куршского залива.


Лодку поставили в плавучий док. У пирса стоял большой штабной корабль, специально построенный финнами. А они умеют добротно строить. Проходя случайно мимо корабельного камбуза, я был остановлен личным коком Главкома, хорошо набравшим вес на адмиральских харчах.


Вопрос на флоте не оказался внезапным, ибо чего всегда не хватает, чтобы девушки казались красивыми? Конечно, спиртного. Попросил «шило», взамен предлагая килограммовую банку настоящей астраханской зернистой икры. 


Сейчас это предложение  кажется фантастикой. Сделка была завершена, с благодарностью взял подарок с барского стола. Мичман задумчиво осмотрел меня и решился задать любопытный вопрос: «Можешь ли ты мне помочь? Горшков (именно назвал так, а не адмирал или Главком, как он сам любил себя величать) очень любит фаршированную рыбу, а я, как ты можешь догадаться, в этом ни гу-гу!»


Предложение поступило заманчивое, и я согласился с условием, которое необходимо выполнить – двух помощников и чугунный казан. Только после этого приступлю к священнодействию, которое называется «гефилте фиш». Если в танго основное условие – обязательное наличие  двух партнёров, то для фаршированной рыбы необходимый минимум –   щука, судак и, конечно, жирный карп. Необходимо отметить, что у личного горшковского повара нюх не подвёл: кое-что я в этом вопросе действительно «варю», не говоря уже о том, что приготовление пищи – моя слабость. Случалось в море и такое, когда кок укачивался или просто заболевал, и приходилось готовить на 50-70 человек. Это не входило в систему, но как аварийный вариант присутствовало.


Рыбу добыли «адмиральским» способом: катер вышел в залив и, как это делается браконьерами самым жестоким путём, взрывпакетами заставили всплыть, выполняя каприз Главкома всеми Военно-Морскими Силами.


Передо мной стояла только одна дилемма: использовать жареный лук, как это делают украинские евреи, или сырой, как прибалты? Победил первый вариант – как делала моя мама. Рыба была подана на серебряном подносе со всеми подобающими специями. Заставил кока натереть свежий хрен со свёклой. При подношении рыбы (запахи от неё чувствовались даже на пирсе) наступило молчание. «Неужели ещё евреи на флоте не перевелись? Кто эту фантазию приготовил?» – пропел Горшков при обильном слюновыделении всех присутствующих за столом.


Меня  быстро  разыскали. Сделать это было очень просто – всё рядом. Извинившись, что в рабочем кителе, ибо готовился к приёму топливных цистерн после их опрессовки, я представился. «Что бы Вы хотели мне сказать? Я лично говорю Вам большое спасибо, я получил большое удовольствие...» и т.д. (в основном употребляя слово  «большое»).

         

И тут я забыл о том предупреждении, которое когда-то было адресовано мне Славой: трусливый любит толпу, прячась в ней, и оттуда подаёт свой голос. Слава, будучи на моём месте, на заданный вопрос нашёл бы, что ответить. Он сказал бы, что уже не впервые встречаемся: первое знакомство с этим дурацким вопросом о пенсне, второе – при трагическом спектакле-фарсе неудавшегося спасения подводников «М-200», ЗА ГИБЕЛЬ КОТОРЫХ ДО СИХ ПОР ТАК НИКТО НЕ ОТВЕТИЛ!


Главком Военно-Морского флота СССР

адмирал С.Г. Горшков


А спасением бездарно руководили Вы, милый Сергей Георгиевич! Когда Вы, ещё при наличии связи с погибающими в 1 отсеке, давали адмиральское слово старшему лейтенанту Колпакову спасти их, а пока воздержаться от самостоятельного выхода и ждать. А чего? Смерти медленной и мучительной? В это же время Вы почему-то нашли «подходящим» время для вручения золотых погон вице-адмиралу, человеку с редкой фамилией Иванов (с обязательным ударением на А. – у Чеховского героя это было оправданно). В былые времена адмирал Колчак при таком трагическом исходе пустил бы пулю себе в сердце. И, в конце концов, сказать о том, сколько можно ходить в одном звании? Когда-то был самым молодым кап. 3 ранга, а теперь дожил до самого старого! И, конечно, Слава на прощание спросил бы о том времени, когда перестанут посылать на смерть в этих ужасных лодках, где выживают не благодаря, а вопреки всему.


Но я не был Славой.  И ничего этого не сказал, хотя «гефилте фиш» могла развязать узел в моей карьере. История знает много примеров в жизни, когда мелочи превращаются в существенные слагаемые успеха. Уже потом сожалел о таком финале, который вылился в самое настоящее предательство памяти Славы. Прости меня, Колпаков! Семнадцать лет, проведенных в одном звании и 22 года в прочном корпусе, укрепили мою волю и терпение, но оставили много сомнений, с которыми и по сей день не расстаюсь.         

 

P.S. Перед своим уходом в мир иной Главком баллотировался в Верховный Совет по Рижскому Округу.

Моего голоса он так и не дождался!





<< Назад | Прочтено: 213 | Автор: Кнафельман Е. |



Комментарии (0)
  • Уважаемые посетители, в связи с частым нарушением правил добавления комментариев нашими гостями, мы вынуждены оставить эту возможность только для зарегистрированных пользователей.


    Оставить комментарий могут только зарегистрированные пользователи портала.

    Войти >>

Удалить комментарий?


Внимание: Все ответы на этот комментарий, будут также удалены!

Авторы