RC

Прошлое - родина души человека (Генрих Гейне)

Логин

Пароль или логин неверны

Введите ваш E-Mail, который вы задавали при регистрации, и мы вышлем вам новый пароль.



 При помощи аккаунта в соцсетях


Menu Menu

Темы


Воспоминания

Евгений Сапегин

КАРАКУМСКИЕ КАРТИНКИ


Мечты

Как мы мечтали о канале! Ведь в городе был только один купальный бассейн. Скважины и пожарные бассейны не в счёт – там же не научишься плавать! Да и охранники нас гоняли. А рыбалка? Раньше мы с отцом ездили в горы. Там в ручье рыбачили, но там только один вид рыбы – маринка, а мы грезили о сазанах и сомах, тем более что наши мечты подогревались рассказами отца, который ежегодно ездил в отпуск в Иолотань на рыбалку. Все ездят в отпуск на курорты, в санатории, а он просил отпуск всегда на октябрь, чтобы вместе с шурином дядей Васей порыбачить на Мургабе или любимом Султан-ябе.


Как-то, когда у отца уже появилась машина «Москвич – 400», мы с отцом и братом поехали в сторону Теджена, хотели порыбачить пару дней в Каушуте – там два приличных арыка с неплохой рыбалкой.  Почти уже доехали до Каушута, но тут видим на дороге огромную лужу после дождя, и в грязи стоят  два увязших грузовика. Шофёр одного из них сидит на крыше кабины, подперев рукой голову, и на вопрос «Давно ли сидите?» только горестно рукой махнул, мол, поворачивайте назад, куда вам на такой несерьёзной таратайке лезть! Облом! От слёз я удержался только усилием воли. Целый год мы планировали эту поездку, отмахали уйму километров по петляющей в песках «дороге» – асфальт-то закончился у Гяурса! Пришлось поворачивать назад. Обидно – не то слово...
       

В полном горестном молчании пустились в обратный путь. Пока «плыли» по пескам, обратили внимание, что невдалеке от дороги параллельно железнодорожному полотну видна насыпная дамба, и тянется она несколько километров. Что же это такое? Брат говорит:  «Давай подъедем поближе, посмотрим!». Оказалось – это канал, да уже с водой. До Ашхабада ещё не дошёл, но стоячая вода уже в нём есть. Мало того, я даже поймал на удочку сазанчика! Это был первый сазанчик, пойманный мной в Каракумском канале. Это было в 1958 году. А через четыре года канал был уже в Ашхабаде.

  

Строительство канала в пустыне – дело о-очень трудное и долгое. Как-то я разговаривал с человеком, который работал взрывником на этом строительстве. Он говорил об этом так:

–  Мы работали в 1971 году на участке между Геок-тепе и Бахарденом. Лето, пЕкло, на небе ни облачка. Работать можно было только ночью, а днём спать. Для этого матрас обливали водой и спали замотанными в мокрую простыню прямо под вагончиком.  Несколько раз в день приходилось ещё поливать ложе водой. Жара в тени 46 – 48 градусов. Однажды в полдень приезжает трестовский ГАЗ-69, прибыло руководство. Привезли специалистов из Москвы для инспекции. Им показалось – мы слишком много получаем. Надо сделать хронометраж, чтобы повысить выработку.

–  Эт-то что такое? Двенадцать часов, а вы ещё спите?! –  Мы пытаемся объяснить, что работаем ночью, но они ничего не хотят слышать!

–  Для вас что, закона нет? Немедленно принимайтесь за работу!

  

Один из москвичей направился на траншею проверить, что сделано. Одет он был в шорты и безрукавку, на ногах – сланцы. Надо дойти по песку метров 100. Он странной подпрыгивающей походкой прошел метров 80 и вдруг… рухнул…  Мы подошли к нему – он без сознания. Отнесли его в тень домика, побрызгали на него водой, вроде пришёл в себя, озирается, но ничего не понимает. А руки и ноги голые все в волдырях, опухли. Какой уж тут хронометраж – надо срочно его в больницу везти! Как же в такой одежде можно по пескам летом ходить! Я имею номер обуви 40-й, но надеваю сапоги 45-го размера, да две пары обычных носков, а сверху ещё шерстяные, да стельку делаю из толстой кошмы, только так можно спасти ноги... а он в сланцах…

–  Ну, значит, повезло, хронометраж не состоялся?

–  Ага… повезло. Всё равно вместо 100 метров скважины теперь нужно пробурить за те же деньги 180…

 


Рыбалка на озере

   

Рыбалка на Куртлинском озере. На лодке Лёня, Вовка Лекомцев, Юрка Радько. Разделись догола, вокруг никого, можно рыбачить и загорать. Лёня как бывалый моряк (правда, «книжный»), предложил  для верности завязать леску закидушки за конец. Вовка, плохо знакомый с морской терминологией, привязал леску к члену. Лёня посмотрел на Вовку:

–  Ты дурак? Я имел в виду верёвку или трос!

–  А что? Разве плохо – и руки свободны, и поклёвку сразу почувствуешь!

–  Ну-ну. Дело твоё… Вот сейчас из камышей… выплывет трехкилограммовый сазан, увидит на крючке твоего аппетитного червя…


Вовка лихорадочно стал отвязывать леску, леска запуталась.

–  Эй! Дайте кто-нибудь ножик! – Юрка валяется от смеха, а Лёня невозмутимо продолжает:

–  Да зачем тебе ножик? Леска тонкая, если такой сазан сядет на крючок, она тебе сейчас чисто всё отрежет… –  Вовка быстро-быстро начал выбирать закидушку. Вдруг – рывок! Вовка побледнел. Потом расслабился:

–  Уфф… слава богу – зацеп! –  Рыбалка закончилась общим хохотом.


Обычно все ездили на озеро на Юркиной (отцовской, конечно) «Победе». Машина – танк. Внешне она уже давно не «молодая», но оснащена новеньким «волговским» мотором! По песку идёт замечательно, тем более, что опытный Леонид Владимирович посоветовал перед  штурмом песчаных участков приспускать шины. Озеро в конце лета заметно мелеет, часть воды уходит на полив полей, песчаные берега обнажаются, здесь песок поплотнее, поэтому мы по этой «дороге» заезжаем подальше от людных пляжных мест. Поставили машину на ровной, сухой площадке, на некоем подобии «языка» – маленьком полуострове, отделявшем  два залива – и поспешили закинуть снасти. Через полчаса бесполезной рыбалки (ни одной поклёвки!), мы с Валеркой решили от нечего делать покидать резиновый диск для метания. Подошли к машине, чтобы забрать диск – мама родная! Сухая площадка, на которой стояла машина, перестала быть сухой!  Из-под всех колёс потекли ручейки. И все колёса до середины уже были погружены в грунт! Немедленно все были «мобилизованы» на спасение машины. Что делать? Да здесь и трактором её не вытащить! Трактором можно только оторвать какие-то детали от намертво засевшего автомобиля!


Вооружившись кто чем, мы начали откапывать мокрый грунт перед колёсами, а перед задними колёсами ещё и в прокопанную траншею запихивать ветки гребенщика. Потом Юрка сел за руль, включил первую передачу, а мы все толкали. Наконец удалось раскачать машину вперёд-назад, и под наши радостные вопли машина вырвалась на сухое место! Мы потом поплясали на этой «стоянке», посудачили о том, что только такие дураки, как мы, могли машину поставить в таком месте. Совершенно раскисшее место, где стояла машина, оказалось настоящей ловушкой! Мы потом сфотографировались все на этом месте, причём все стояли под разными углами – трясина держала ноги крепко. Жаль, что эта плёнка исчезла, как исчезли многие фотографии моей юности…  Искупались, посидели, посмеялись, потом Леонид Владимирович сказал:

–  Шутки шутками, а если бы сегодня был хороший клёв, мы бы ещё не скоро заметили, что машина «села»… И тогда бы мы её и не вытащили. Так что есть редкий повод порадоваться отсутствию клёва!


Когда канал уже довели до Бабараба, когда наполнили Куртлинское озеро, стали расцветать водные виды спорта – плавание, гребля. Правда, с инвентарём дело продвигалось неспешно, но мы частенько видели тренировки гребцов. Как-то отец, заядлый рыбак, поехал с Лёней порыбачить с западной стороны выходного канала. И с ними случилась такая же неприятность, что и с Юркиной «Победой». «Москвич» (у отца был уже «Москвич-407») намертво застрял в песке. Они вдвоём ничего не могли сделать. Загрустивший отец послал Лёню за помощью. На счастье, гребцы оказались на берегу – то ли для ремонта лодки, то ли по другой причине, но Лёне не пришлось долго их уговаривать помочь. Восемь здоровенных спортсменов - атлетов подошли к машине:

–  Батя, ты сиди за рулём, не вылезай! – шутя, подняли машину вместе с отцом, перенесли на твёрдое место и, будто ничего и не сделали, отмахнувшись от благодарственных слов, пошли обратно!


Морской клуб

Как-то летом брат Лёня пришёл и сказал мне:

–  Слушай, моря-то у нас нет, зато, оказывается, есть Морской клуб! Приглашают желающих заниматься греблей и парусным спортом. Давай запишемся и будем летом ездить на озеро, чего дома сидеть!


Так и сделали, записались. Нас было меньше, чем я думал. Познакомились с руководством – много радужных перспектив расписал интеллигентного вида мичман, наш начальник. Основные занятия с нами должен был проводить боцман. Слова-то какие! Мы только в книжках читали их: «боцман», «мичман»! Брат-то мой уже в армии отслужил, поэтому они вцепились в меня – мол, бросай свою бодягу, давай будем настоящим мужским делом заниматься! Зимой будешь заниматься радиоделом, радиста из тебя сделаем, будешь азбуку Морзе учить, системы передатчиков изучать и т. п. А сейчас, летом, будем практику проходить на воде, под руководством боцмана. Пару вечеров мы с братом походили на теоретические занятия, которые представляли собой пока только рекламные посулы блестящего морского будущего. А в воскресенье повезли нас на озеро. Там другой боцман уже занимался с другой группой. К сожалению, под парусом нам не пришлось походить по причине отсутствия оного. Для начала нас посадили на какую-то восьмивёсельную шлюпку. Слегка подвыпивший боцман обучил нас некоторым командам: «Левый табань!», «Суши вёсла!», и так далее. Так как вёсел восемь, а делают всё необученные гребцы не в одном ритме, то результатом такой работы у меня была ободранная спина – тот, кто сидел за мной, когда я, гребя, откидывался назад, надирал мне спину грубым вёсельным вальком, гребя не в такт. Почему-то у нас в лодке оказались пассажиры, точнее – пассажирки. Потом, после занятий, все направились в палатку, включая «маркитанток». Там уже был такой же экипаж с такими же «маркитантками», на столе уже стояли бутылки… Мы с братом незаметно удалились. В результате такой «тренировки» кроме ободранной спины я получил ломоту во всём теле, волдыри на ладонях от вёсел и обгоревшую на солнце шкуру. Зато я теперь умею табанить и сушить вёсла. Через три дня я был похож на плохо очищенный кусок копчёной колбасы. Кожа с меня слезала неровно, но долго. Отец посмотрел на волдыри на моих ладонях:

–  Да… руки пианиста! – и хмыкнул.

–  Да ты на свои посмотри! – отец-пианист посмотрел на свои рыбацкие руки, потом сунул их в карманы и сменил тему…  Больше мы в Морской клуб не ходили. И за всю свою жизнь я больше ни разу в Ашхабаде ни от кого не слышал такого названия – «Морской клуб»...


Клички

 

Клички. Кликухи, как говорили блатные. В нашем окружении (у музыкантов) никогда не было кличек, зато потом, когда у нас появились друзья и знакомые из «другого» мира, клички зачастую заменяли полностью имена и фамилии. Много лет спустя часто кто-нибудь называл имя:

–  А ты помнишь, был у нас такой однокурсник  Аббас?

–  Не-а, не помню.

–  Ну как же, кликуха у него была – Брынза!

–  А-а, Брынзу помню…


Так вот, когда я познакомился с  Валеркой, новым соседом в нашем доме, то постепенно я познакомился и с его бывшими одноклассниками – Вовкой и Юркой, которые после школы учились в Киеве на авиаторов. У них в классе у всех были клички:  Вовка – «Лысый», Валерка – «Шустрый», а Юрка – «Горбатый». Откуда эти клички – бог знает. Ну ладно, Валерка – я согласен, он действительно «Шустрый», а почему Вовка – «Лысый»? А почему высокий, статный красавец Юрка –«Горбатый»? Это для меня навсегда осталось загадкой.


–  Лёня, ты намного нас старше, как-то неловко тебя называть просто «Лёня»… В конце-то концов у нас у всех есть клички! Вон Валерка – Шустрый, Вовка – Лысый, Юрка – Горбатый, а как же нам тебя называть?

–  Обычно я предпочитаю, чтобы меня называли Леонид Владимирович…

–  Ух ты! Классная кликуха!! – закричали все. Впредь так и стали его называть.


Да, Куртлинское озеро было нашим любимым местом забав – купание, рыбалка, игры, да и всё это не очень далеко от дома. Конечно, если не идти пешком. Но мы ездили на моём мотороллере. Он прекрасно преодолевал песчаные участки дороги. Летом, конечно, мы все свободные дни с моим другом, соседом Валеркой, проводили на озере. Но как-то зимой…

–  А слабо поехать купаться на озеро? А что, пятнадцать градусов, солнышко, можно позагорать.


Ну, как говорила моя мама, «Голому собраться – только перепоясаться!» Сели и поехали. Это было 15 января! Приехали – тишина, тепло, ни ветерка. Красота!

–  Давай искупнёмся?


Побежали по меляку! Ну, далеко мы, конечно, не убежали… Как пробка из шампанского, мы выскочили из воды! Вода – холоднючая! Ноги стали красными, как у варёных раков. Мы прыгали, как в африканском  экзотическом танце. Наконец  согрелись. А тепло – 15 градусов в тени. Неужели так и не окунёмся? Как на грех – место мелкое; до глубины, чтобы окунуться, нам не добежать.

–  Ну, давай, до десяти досчитаем и помчимся, окунёмся и назад!


Помчались, добежали до глубины по колено, плюхнулись и, как ошпаренные, помчались на берег! Холодная вода подействовала на нас как какой-то допинг, у нас появилась жажда действия, что-то нужно было срочно делать! Валерка, одарённый художественными способностями, сказал:

–  Давай будем ваять!

–  Как ваять, что ваять? Я не умею.

–  Смотри, какая стенка из слежавшегося песка получилась на берегу – из него можно чего-нибудь вырезать!


Ну, резать нам особенно было нечем, но  у меня был нож, а на берегу валялась какая-то железяка.

–  А что вырезать-то будем?

–  А что получится…


А получилась у нас… огромная задница. На большее у нас не осталось адреналина. Мы устали, нам стало скучно, и мы пошли бросать диск. Сначала бросали на берегу, потом нашли не очень широкий залив, мы встали по берегам и так перебрасывались. Конечно, иногда приходилось диск из воды вынимать, но это нам, «бывалым моржам», было уже не страшно. У берега вода не такая жгуче-холодная. На воде диск здорово скакал – получались многочисленные «блинчики». В конце концов мы его утопили. А жаль, хороший был диск. Ладно, место теперь знаем, теперь оно отмечено… задницей. Правда, вода ещё пока прибывает в озеро, но к осени, когда вода опять уйдёт от берегов, может, найдём диск.


Летом мы благополучно забыли про диск, а в конце лета решили опять приехать в это место искупаться и позагорать.

В это время ко мне домой заехал Игорь на своей «Яве».

–  Тётя Сима, а Женька дома?

–  Да нет, они с Валеркой в какую-то «задницу» поехали. Что за задница – они мне не сказали, паразиты!

–  А-а, я знаю!

–  Да что за задница, Игорь?! ...Тьфу, и этот паразит уехал и ничего не объяснил!


Тем временем мы уже накупались, позагорали, тут и Игорь появился. Игорь – это мой однокурсник по музучилищу. Он не выговаривал букву «л», вместо неё он говорил «в». У нас почти у всех были прозвища - клички, как у криминальных типов. Слава Богу, у нас в компании таких не было и не могло быть, но в шутку мы придумывали всякие шутливые «кликухи». Не было клички только у меня и Игоря. Как-то жена Леонида Владимировича, Люда, в разговоре попросила Игоря напомнить персонажей «Незнайки», а тот продекламировал: «Ковотушка быв говодный, прогвотив утюг ховодный». Ему тут же дали кличку Ковотушка. Я засмеялся, а он обиженно на меня посмотрел:

–  Чо смеёшься, дывда, стропиво!


Все стали хохотать и тыкать в меня пальцем: «Ну вот и у тебя появилась кликуха – Стропиво!»  Ну вот, – думаю, – ничего получше не могли придумать…


Так вот, Игорь к нам присоединился, разделся и пошёл в воду. Я надел ласты, маску и пошёл понырять. И как только нырнул – увидел наш утонувший диск! Надо же – я уж и забыл о нём, а он меня дождался!


Осенняя рыбалка

…Прошли годы. Детство и юность остались позади. Канал тоже «возмужал», он стал шире и глубже. Построены водохранилища, образовалось много озёр, проток, где-то это просто арыки, местами наглухо заросшие камышом и тростником, есть и солидные сооружения со шлюзами и дюкерами. Я уже ездил на мотоцикле с коляской. Очень увлекался спиннингом, ловил жерехов и судаков. Иногда попадались и сомята. Правда, бывали и курьёзы: я однажды с удивлением увидел, как люди на хлеб ловят жерехов, а мне один раз на блесну попался карась! Но мой отец никогда не изменял поплавочной удочке, и лишь в конце жизни полюбил осеннюю рыбалку закидушками на Куртлинском озере.
      

Был у него в жизни период, когда он продал старую машину, «Москвич 407», а новые, 408-е, долго не появлялись в продаже. А рыбачить-то охота! Вот он и попросил меня, чтобы я его отвёз на «рыбалку с ночевой». Отвёз я его с немалым скарбом во второй половине дня. В октябре, когда озеро наполнялось водой, западная часть озера заливала пологий берег, поросший осенней травкой. Вот туда-то ночами и приходил «пастись» сазан. Отец устраивал бивак под кустами тамариска, мы с ним до вечера сидели с удочками на протоке. Красота! Тишина... Конечно – относительная, городских звуков не слышно, но лягушки! О-о, это такой концерт – очуметь можно! Иногда низко вдоль берега пролетает стрекоза-коромысло, тогда начинается каскад шлепков по воде – это лягушки пытаются её поймать на лету и шлёпаются в воду. Ближе к ночи отец разматывает несколько закидушек и забрасывает их на меляк. А потом лежит на матрасике под кустиком и пьёт чай. Если есть поклёвка, на закидушке специальное устройство издаёт негромкий щелчок, отец идёт проверять закидушку с фонариком. На следующий день после работы я приезжаю, чтобы вечером порыбачить на протоке и забрать его с немалым уловом домой.

Наконец отец дождался, пришла новая партия «Москвичей» – это оказались уже новые «Москвичи 412». Довольный отец стал часто ездить на рыбалку, да не один, а со своим любимым компаньоном – шурином Василием, автором и изготовителем закидушек, издающих щелчок при поклёвке. Как-то сидели они в октябре на бережку Куртлинского озера, пили чай, любовались луной и звёздами, отец цыкнул зубом, дядя Вася вскинулся, схватил костыли, фонарик и потрюхал к закидушкам…

–  Э, ты куда?

–  Сработала! Глухой, что ли?

Вернулся:

–  Нет ничего… странно, я же слышал явственно… – Сложил костыли, фонарик, улёгся, налил чаю. Отец опять цыкнул зубом. Дядя Вася вскочил:

–  Опять сработала! – Схватился за костыли…

Отец захохотал:

–  Вася, это я, прости, очень похоже получилось, ха-ха-ха…

–  Э-эх, седина в голову, всё шутки шутишь... – и сам захохотал.


Тут сработала закидушка, и послышился громкий всплеск. Теперь уже оба вскочили, забыли про фонарик и поспешили к закидушке – здоровенный сазан перепутал все снасти, и понадобилось немало времени, чтобы вытащить его на берег


Страшная находка

… После смерти отца я стал ездить на его «Москвиче». Мой контакт с бракованным включённым кондиционером Бакинского производства неожиданно чуть не закончился для меня последним приключением. Какое-то время я провёл в реанимации, потом ходил с клюшкой. Конечно же, скучно сидеть дома, когда погодка зовёт, манит. Жена ворчит – что, мол, тебе не сидится дома? Всё-таки я не выдержал, подготовил спиннинг и поехал на свой любимый выходной из озера канал, через который излишки воды выводятся обратно в основной канал. Там я обычно ловил немало жерешков и судачков. Жена, которая, конечно, приехала со мной, как клушка, кудахтала надо мной:

–  Куда, чего тебе не рыбачится на одном месте, не ходи никуда!

–  Сиди в машине и читай, а я здесь покидаю спиннинг, ты меня всё время будешь видеть.


Полчаса я покидал спиннинг – ни одной поклёвки, не нравится, видимо, моя блесна. Решил покидать у шлюза. Забросил вдоль берега, а взгляд автоматически отмечает: что-то не так. Взглянул в воду и похолодел… Под небольшим слоем воды, у берега – человеческая рука… Вода не очень чистая, но хорошо виден перстень на пальце, а также то, что рука отрублена у плеча. Так... Рыбалка окончена. Вернулся к машине.

–  Что случилось? На тебе нет лица!


Я попытался бодренько улыбнуться, но, пожалуй, это не получилось.

–  Как это нет лица? А это что?

–  Разве это лицо?.. Ты собираешься? Домой едем?

–  Едем, но не домой, а в ближайший пункт милиции.

–  Что-о? Ты там что-то увидел?

–  Увидел… то, что тебе видеть совсем не нужно.

Мы поехали в посёлок, нашли милицию. Милиция – на замке. Поехали в Ашхабад, по пути я увидел милицейскую машину, двигающуюся навстречу. Помигал фарами, помахал рукой. Рассказал о своей находке, объяснил, где это. Тем не менее  они попросили показать место, благо, это недалеко, километра три. По рации вызвали группу  экспертов. Мы с женой оставались в машине. Потом подошёл какой-то дядечка, видимо, начальник.

–  Ну, спасибо Вам, это был последний фрагмент, который мы не могли найти. Езжайте домой!

Дома мне пришлось жену отпаивать валокордином, потому что она была такого же цвета, что и та рука, которую я увидел в воде…


Чудища

    

Дочка ещё ни разу не была в сельской местности. Я собирался покидать спиннинг на своём любимом месте, взял её с собой. Не оставлять же её одну дома! Жена сказала:

–  Купите только хлеба к ужину. Я приду поздно.


Поехали ближе к вечеру, по пути я заехал в знакомый магазин – там только что привезли свежий, ещё горячий «железнодорожный» хлеб. Купил две буханки.  Дух в машине – чудесный. Это же самый вкусный хлеб на свете! Поставил машину на берегу заветного канальчика, отломил ей краюху душистого хлеба, себя тоже не обидел, перешёл по мостику и стал бросать спиннинг. Через некоторое время смотрю – по той стороне, где стоит машина, неспешно двигается семья верблюдов – пара взрослых и подросший уже верблюжонок. Думаю – как там моя дочка? Она же их никогда не видела! В окне машины – круглые глаза и открытый рот:

–  Папа!! Что это!

–  Аня, закрой окна, не бойся, я сейчас подойду. Это верблюды, они хорошие, ты их не бойся.


Когда я дошёл до машины, картина была такая: вся семейка торчит у машины, все жуют. А Анька через неплотно закрытое окно скармливает им оставшийся железнодорожный хлеб. Оторвать их от машины было невозможно. Все окна были замусолены, я еле отпихнул здоровенного папашу и быстро залез за руль. Поехали домой. Пока потихоньку ехали по пыльной грунтовой дороге, я в зеркале увидел, что вся семейка изо всех сил мчится за нами. Километра три они за нами бежали, пока я не выехал на асфальтовую дорогу и не прибавил скорости. Вот, что значит «железнодорожный» хлеб!


(Пока никто не слышит, я по секрету скажу:

–  Если кто-нибудь захочет украсть стадо верблюдов, угостите их «железнодорожным» хлебом – они за него душу отдадут!)

Приехали мы домой, у Аньки масса впечатлений, трещит без остановки! А жена, собирая на стол, с довольной улыбкой спрашивает:

–  Ну, а хлеб не забыли купить?

–  А-а …..

Ашхабад, октябрь, 2018
  





<< Назад | Прочтено: 45 | Автор: Сапегин Е. |



Комментарии (0)
  • Уважаемые посетители, в связи с частым нарушением правил добавления комментариев нашими гостями, мы вынуждены оставить эту возможность только для зарегистрированных пользователей.


    Оставить комментарий могут только зарегистрированные пользователи портала.

    Войти >>

Удалить комментарий?


Внимание: Все ответы на этот комментарий, будут также удалены!

Авторы