RC

Прошлое - родина души человека (Генрих Гейне)

Логин

Пароль или логин неверны

Введите ваш E-Mail, который вы задавали при регистрации, и мы вышлем вам новый пароль.



 При помощи аккаунта в соцсетях


Menu Menu

Темы


Воспоминания

Павел Полян

ЕВРЕЙСКИЕ СУДЬБЫ

АННА ИОСИФОВНА РЕЗНИК: «ТОЛЬКО ИНИЦИАЛЫ…»

(МИНСК – АГРЫЗ – КАЗАНЬ –  МОСКВА – ФРАЙБУРГ – МЮНХЕН)


    

        

Минск

Анна Иосифовна Резник родилась в 1917 году в Минске, старшая  дочь.  К  этому  времени  была  установлена  граница, и все ее родственники в одночасье оказались за кордоном,  в  Польше  –  в  местечке  (теперь  это  райцентр)  Ивенец Барановичской области. Ни дедушки, ни бабушки поэтому у нее рядом по жизни не было. Оба дедушки, кстати, были «служителями культа»: один резник, другой раввин. Впрочем, когда отец женился на маме, то в семье оказались еще бабушка и мамин глухонемой младший брат, который погиб в Минске. Семья была хорошая, дружная: Аня была  старшей,  кроме  нее  еще  средняя  сестра  и  младший брат (обоих уже нет в живых).


Анна Резник (2010)



Отца,  неудавшегося  нэпмана,  в  1933  году  арестовали, искали золото: продержали 2 месяца в тюрьме, там он заразился сыпным тифом и через две недели после освобождения умер от тифа. Ане тогда было 16 лет.


Мама окончила в Смоленске гимназию экстерном, ездила туда сдавать экзамены. Она была учителем русского языка, человеком очень грамотным. Потом закончила курсы фрибеличек (дореволюционное понятие для воспитателей детских садов, которое происходит от имени немецкого педагога Фрёбеля) и работала в детском саду.


Аня окончила Минский юридический институт с отличи-ем, а в 1939 году поступила в московскую аспирантуру – в Институт Министерства  юстиции.  Но  пришлось отказаться  и  вернуться  в  Минск:  мама  в одиночку  элементарно  не могла прокормить всю семью. В 1941 году стало полегче, и Аня вернулась в институт: работала ассистентом на кафедре уголовного права, вела практические занятия со студентами и даже успела сдать кандидатские минимумы – по марксизму и по уголовному процессу.

 


Анна Резник c сестрой Лилей

и братом Момой

(8 Februar 1942, Agryz)

 

После  аннексии  Восточной  Польши  в  1940  году  впервые  появилась  возможность  съездить  к  родственникам: для  этого  ничего  не  требовалась,  только  купить  билет.  В 1941  году  Аня  съездила  к  ним  и  даже  дважды:  один  раз  в Радашковичи  и  еще  раз  –  в  Ивенец.  Встретилась  со  своей тётей, о которой ничего не знала. У той была уже большая семья – пятеро детей, внуки: с 1917 года выросло целое поколение! Познакомилась с двоюродными братом и сестрой.


Из  второй  поездки  в  Западную  Белоруссию  она  вернулась только 11 июня 1941 года. Все  эти  родственники  потом  погибли:  в  одних  только Радашковичах — 11 человек! И только двоюродные сестра и брат бежали из местечка и спаслись: потом они работали в Ивановской области воспитателями в детском доме. Перед войной мама работала уже заведующей одним из детских  садов  в  Минске:  из-за  садика,  собственно,  она  и погибла.


Дело было так. За 5 дней до войны она вывезла свой детский  сад  за  город,  на  дачу  —  всего  в  18  км  от  Минска,  в Ратомке. Это была большая удача, это не всем детсадам удавалось.  Возвращаясь  23  июня  в  город  за  продуктами  для детей,  она  узнала  о  начале  войны.  Вечером  стали  приходить родители, в Минске 23-го было еще спокойно. И решено было маму отправить за детьми в Ратомку, а поезда, паровики, уже не ходили. Анна посадила ее в машину, за которую  заплатила  100  руб.  (по  тем  временам  колоссальные деньги!). Доехала ли мама до места или не доехала – никто не знает, но машина не успела отъехать от дома, как Минск начали бомбить. Это была страшная бомбежка: с 10 утра до 10 вечера непрерывно. Все стояли и ждали: на кого сейчас упадет бомба?..

 

Татария

Вечером, когда бомбежка прекратилась, весь город горел! Тогда  Анна  с  младшими  решили  к  ней  пойти  в  Ратомку, пешком. Пересидели ночь в лесу под городом. Утром вышли на  дорогу,  но  вся  дорога  была  запружена  отступающими войсками, причем буквально впритирку, так что пробиться через этот колоссальный человеческий массив было невозможно.  Пришлось  развернуться  и  слепо  двигаться  с  этим потоком  –  и  еще  надеяться,  что  детский  сад  вывезли:  как можно себе представить иное? (Что на самом деле там произошло — с этим садом и с мамой – так никто никогда и не узнал).


Три  недели  две  сестры  и  брат  двигались  по  Белоруссии на восток – в туфлях на высоком каблуке, без продуктов, без одежды – только с ручным дамским портфельчиком с фотографиями и документами и еще с полкило сахарного песка. Сахар  растворяли  в  воде  и  пили.  Ни  еды,  ни  денег  не было. Никто организованно не кормил, разжигали костры, варили что-то, какой-то суп, от которого брат отравился и двигался  дальше  уже  с  температурой  40.  Где-то  подавали чашку молока, где-то что-то еще, просто жалели беженцев оборванных.  Спали  вповалку,  на  голой  земле.  Как,  каким чудом  они  выстояли  и  выжили  в  эти  три  недели,  понять невозможно!

 

Анна Резник (справа) в форме советника юстиции

 (1944)

 

И все-таки они дошли до Рославля Смоленской области, это было 13 июля. Оттуда на угольных платформах добрались до эвакопункта в Мичуринске, где зарегистрировались как эвакуированные. Направление получили в Казань, куда прибыли уже в августе.


У Анны в портфеле был диплом юриста. С ним ее приняли в прокуратуру Татарской республики и направили на работу в районную прокуратуру, помощником прокурора. В городе Агрызе на Транссибирской магистрали она проработала два долгих года.


То, что она еврейка, Анна знала со своего первого дня. Лет в семь родители пригласили ей учителя, и она год занималась ивритом. Потом учитель уехал в Палестину, как тогда говорили, а занятия прекратились.


А вот с антисемитизмом впервые столкнулась именно в эвакуации (в Минске – в школе и в институте – антисемитизма не было). Вот такой, например, эпизод.


Анна работала уже помощником прокурора, и ей нужно было  снять  квартиру.  Татарка,  у  которой  она  хотела  снять комнату, приняла ее с распростёртыми объятиями – как же: помощник прокурора, большой начальник! И говорит: «Тут приходили экуированные яуреи, – но я их не пустила». 

– «Ах так? Тогда и я к вам не пойду: я тоже еврейка».

Тёмная неграмотная татарка, не видевшая евреев никогда в жизни, но у неё тем не менее настрой этот уже был.

Начальник Анны, районный прокурор, был тоже татарином. Были еще следователь, был и судья, все татары. Но со стороны коллег никакого антисемитизма не было.


Потом  пришёл  новый  прокурор  республики  и  выбрал себе четырёх юристов, для того, чтобы укрепить работу центрального  аппарата,  который  весь  был  татарский.  Сам  он был из Украины, ему нужен был русскоговорящий аппарат, грамотные юристы. Он выбрал четырёх девочек, в том числе и Анну. Так в 1943 году она оказалась в Казани, в центральном аппарате Прокуратуры Татарии. В  Казани  Анна  работала  сначала  прокурором  следственного отдела (аппаратная работа). Потом отвели отдельный  участок  –  прокурор  по  делам  несовершеннолетних: прокуратура  обратила  свой  взор  на  состояние  детских  колоний и т.п.


О Холокосте не знали почти ничего. Но знали, что создают  гетто,  что  заставляют  носить  жёлтые  звезды.  И  в  1943 году  Анна  все  ещё  надеялась,  что  найдёт  мамин  детский сад, что он был вывезен (вывозили же какие-то предприятия, учреждения!).


В 1944 году, после того как освободили Минск, Анна с сестрой  стали  писать  запросы.  И  кто-то  прислал  открытку: ваша мать была вместе с другими стариками сожжена в каком-то  сарае.  Когда  закончилась  война,  Анна  ездила  туда, была  на  многих  могилах.  Но  подробнее  узнать  ничего  не удалось.


В  Минск  она  приезжала  много  раз,  однажды  приехали туда все трое. Их дом в Минске уцелел, они несколько раз пытались в него попасть, но новые жильцы не пустили.

 

Анна Резник c детьми Львом и Инной

(1954)

 

Москва

В  1945  году  Анна,  теперь  уже  Анна  Иосифовна,  вышла замуж  за  москвича  и  прожила  в  столице  всю  дальнейщую жизнь до переезда в Германию. С мужем она познакомились в Москве, куда приехала на совещание в Прокуратуру Союза по делам несовершеннолетних: она выступала с докладами по пяти вопросам повестки дня.

 


С мужем у нее была как бы общая беда – его мать тоже погибла в Минске. Сам он закончил Авиационный институт и работал в НИИ-17, участвовал в создании этого института, возглавлял в нем отдел информации. Кроме того, занимался литературой, год учился в Литературном институте, был очень интересным и способным человеком. Он умер в 1984 году в возрасте 70 лет.

 


Переехать в Москву было непросто. По закону могли и не отпустить  с  работы,  а  за  самовольное  оставление  рабочего места могли даже судить. Вышла она из этого положения просто: дала почувствовать прокурору Татарии, русскому по фамилии Садовничий, что он антисемит.


Выслушав  ее  рассказ  о  том,  какую  тяжёлую  эвакуацию она  пережила,  он  скривился  и  сказал:  «Что,  бежали?»  И тут Анна не сдержалась и твердо сказала: «А что, кому-нибудь было бы интересно, чтобы ещё одна еврейская голова полегла?»


Он  тут  же  и  подписал  ее  заявление,  а  мог  бы  и  задержать, потому что по делам несовершеннолетних было много работы – целый воз! А в 1946 году в татарской Прокуратуре произошел полный погром: уволили почти всех евреев, кто был в аппарате.



Анна Резник с мужем Федором
(1946)


Сестра осела в Омске, брат — во Львове, а Анна Иосифовна переехала  в  Москву.  И  тут  же  столкнулась  со  следующим антисемитом  —  прокурором  Московской  области.  С  поиском  работы  в  Москве  ей  протежировала  бывшая  начальница – Фаина Яковлевна Файбишевская, начальник группы по  делам  несовершеннолетних  прокуратуры  республики. Очень умная пожилая женщина, она позвонила прокурору Московской области и предложила ее кандидатуру. «А как фамилия?», — спросили ее на том конце провода. «Резник» (эта фамилия такая неопределённая!). Тогда он её спрашивает: «А имя, отчество?» А она, глядя на протеже и улыбаясь, говорит: «Вы знаете, у меня только инициалы».

 

А ему нужны были работники! Это была совершенно каторжная  работа  –  прокуроры  уголовно-судебного  отдела: давать  заключения  в  областном  суде  по  делам,  приезжать в прокуратуру и отчитываться, причём по всем абсолютно делам, которые рассматривал кассационный состав!

 

В  общем,  Анна  Иосифовна  там  проработала  около  года, ушла  в  декрет,  родила  сына  и  больше  туда  уже  не  вернулась.  Через  два  года  ее  приняли  в  члены  Московской коллегии  адвокатов.  И  с  1948-го  и  до  1996-го  –  почти 50  лет!  –  она  проработала  в  этой  коллегии,  в  одной  и той  же  консультации,  вела  любые  дела  –  и  уголовные, и  гражданские:  доросла  до  заместителя  заведующего.  В течение почти 30 лет была одной из тех, кто тянул коллегию. Общий стаж ее работы – около 60 лет!

 

Фрайбург

Но  настал  момент,  когда  пришлось  уехать.  Уезжали  22 мая 1996 года, а еще 16 мая у Анны Иосифовны был приговор по делу! Было ей тогда без малого 80 лет!

Сначала жили во Фрайбурге, теперь в Мюнхене. Приехать в Германию после всех потерь – матери, почти всех  родственников  –  было  психологически  очень  сложно. Но то, как немцы принимали евреев из бывшего СССР, вызывает у нее уважение. Как вызывает его и то, как немцы относятся к теме Холокоста. За годы, прожитые в Германии, с антисемитизмом она ни разу не сталкивалась.


Внук и внучка закончили в Германии университеты, оба кандидаты  наук,  способные  ребята.  Сын,  хотя  и  остался  в Москве, но часто приезжает. Он занимается издательством и часто бывает во Франкфурте на книжной ярмарке.


В  2012  году  Анна  Иосифовна  и  сама  написала  книгу  о своей жизни – писала не для всех, а для своих, для семьи прежде всего.


Обложка книги А.И. Резник
(2012)


13 февраля 2016 она отпраздновала свое 99-летие!






<< Назад | Прочтено: 240 | Автор: Полян П. |



Комментарии (0)
  • Уважаемые посетители, в связи с частым нарушением правил добавления комментариев нашими гостями, мы вынуждены оставить эту возможность только для зарегистрированных пользователей.


    Оставить комментарий могут только зарегистрированные пользователи портала.

    Войти >>

Удалить комментарий?


Внимание: Все ответы на этот комментарий, будут также удалены!

Авторы